Казаки на Камчатке.
Великий русский писатель А.И-Куприн - офицер русской армии так оценивал пограничную стражу: "Казак - драгоценный союзник в охране государства. Многовековое общение его с границей сделало его прирожденным воином со времен седой древности. Казак стоял на рубежах земли Российской, на передовых ее постах, как страж и разведчик всегда готовый к первому выступлению и к первой обороне. Где еще в мире есть подобный независимый род войска?" На этот вопрос можно ответить однозначно - только в России. История казачества - часть истории России. "В старину казачество являлось надежным оплотом российских государственных храниц на Диком поле, в Кавказских теснинах, в Сибирских просторах.. Два начала - религиозно-православное и национально-русское, глубоко заложенные в душу казачью, всегда крепко связывали казачество с Россией, роднили, объединяли его со всем русским народом, которого оно является порождением, детищем, плотью от плоти и костью от кости его. Казачество было очень ценною военной силою в государстве. Военная доблесть казаков известна всем. "Такую характеристику дал Российскому казачеству А.И.Деникин - генерал-лейтенант, который сам оыл из казачьего рода и понимал значение казаков в России.
Император Александр И , исходя из национальной безопасности России, на Государственном Совете заявил, что "Казачьи войска, оказавшие столько незабвенных заслуг обществу, сохранили и на будущее время свое воинское значение. Твердо надеюсь, что казаки и впредь, когда понадобится, выкажут себя такими же молодцами, какими были всегда" [I].
Александр II, принимая Россию от своего отца Николая I, прекрасно понимал, что огромное пространство и неосвоенность не дает покоя Великобритании, Франции, США. Европейские страны и в первую очередь Англия, "владычица морей", "мастерская мира" того времени пыталась в середине 19 века перекроить политическую карту Дальнего Востока России. История исследования Камчатки началась в 1646 году, когда группа казаков под начальством Семена Дежнева и Федота Попова на двух кочах обогнула крайнюю северо-восточную оконечность азиатского материка (впоследствии названную мысом Дежнева) и вышла в Берингово море. Берегов Камчатки они не достигла но видели очертания какой-то земли и не могли ее достичь из-за сильных штормов и непогоды.
Первым исследователем Камчатки является Атаман Владимир Атласов. В 1697 году он во главе отряда из 55 казаков и предпринимает поход на Камчатку. Официальным актом присоединения Камчатки к России является памятный деревянный крест в устье реки Крестовой, недалеко от города Ключи. На кресте выжжена надпись:"1697 году июля 13 поставил сей крест пятидесятник Владимир Атласов со товарищи 55 человек. После путешествия Атласова по Камчатке значительно уточнились очертания полуострова и Камчатка стала изображаться на картах правильно. С 13 июля 1697 года Северная землица Камчатка стала форпостом России на Дальнем Востоке и на. протяжении 300 лет является окном в Азиатско-тихоокеанский регион.
Огромную роль в освоении и присоединении Сибири и всего Дальнего Востока к России сыграли русские казаки, которые, породнившись с местным населением, вобрав в себя их национальные особенности, образовали этническую группу людей-гуранов, челдонов, камчадалов^ и т.п. От смешения крови великого русского народа с восточной кровью появился новый тип человека, воплотившего в себе силу и удаль, лихость и ярость, выносливость и неприхотливость, терпеливость, трудолюбие и бескорыстие.
Эти качества определяют и потомков Камчатских казаков сегодняшнего дня, которые всегда готовы не только к труду, но и к обороне родного края. Отсчет своей службы камчатские казаки ведут со времен великого Атамана Владимира Атласова.
С этого и начинается История Камчатского казачества, общины, которая имела и свои земли, на ней работала, и несла службу по охране границ, водных и рыбных ресурсов Камчатки.
Казаки не нарушали экосистему тундры, леса, животного мира, а самое главное, богатство Камчатки - естественные запасы рыбы. Практика показала, что в настоящее время уничтожение рыбных богатств, оленьих пастбищ и их поголовья происходит за счет приезжих жителей, нерадивых чиновников которые не знают традиций Севера и хищнически относятся к окружающей среде. Чтобы предотвратить это, необходима экономическая программа разработки ресурсов Камчатки, программа воспроизводства рыбных запасов, лесов. Программа экономической деятельности должна учитывать первейшую заповедь: «не навреди», что бы наши дети и внуки могли увидеть Камчатку цветущей стороной, а не опусташенной пустыней.
Еще в начале 19 века Григорий Иванович Лангсдорф в июле 1804 года, впервые ступивший на землю Камчатки, сообщал, что "Первая потребность для сей страны состоит в том, чтобы более заселить оную и иметь добрых землепашцев, ремесленников и промышленников... Камчатку следует снабжать всем необходимым, развивая торговлю с Японией и Китаем, а не везти туда товары из Европейской части России через Сибирь"... Лангсдорф полагал, что "Казачество само снабжавшее себя всем необходимым, а камчадалы – камчатские казаки,^представляют достаточную силу для защиты своего очага. Он приводит пример, что в двенадцати верстах севернее Верхней Камчатки находится Мильково - деревня, состоящая из 13 домов, в ней 25 мужчин, а всего 80 душ. Местные жители имеют 85 коров, 22 лошади, но это не солдаты, а трудолюбивые казаки, предки которых были посланы сюда, что бы присоединить эту землю к
России , освоить ее и жить на этой земле. Осененные Божьим благословением, они, женившись на местных девушках, постепенно увеличились в числе работают на земле, ловят рыбу в реках и море, охотятся в лесах и питаются тем, что приносит им работа: выращенным самими хлебом, картофелем, капустой, мясом рыб, птиц, диких и домашних животных. Дичи и рыбы на Камчатке в изобилии, леса полуострова буквально переполнены превосходными и разнообразными плодами".
Академик Лангсдорф описал жизнь и деятельность потомков первых казаков-первопроходцев, которые освоили пространства Камчатки, построили первые остроги, создали свои семьи, внесли в быт местных народов земледелие, свою русскую культуру, которая сейчас в конце 20 века является культурой всей Камчатки, взращенной на быте поколений за три века.
А ведь некоторые политики поговаривали, что Камчатка-страна сложная, там могут быть сильнейшие землетрясения, и что она, с экономической стороны, невыгодна для России, и что наступило время переселения жителей на материк. Москва очень далека от Камчатки не в расстоянии, а в сознании, что Камчатка-это Россия, это русская земля.
Ведь почему-то японцы не покидают свой очень неспокойный остров, а наоборот, еще обращают внимание на Северные территории, на Курилы, на Сахалин^ на Камчатку. При правительстве даже создали специальный комитет по изучению ресурсов Камчатки. Получается так, что Камчатка нужна Японии, а вот нашей столице почему-то нет.
Мы, казаки Камчатского казачьего округа, живем здесь и будем жить ибо это наша земля, мы живем здесь и работаем продолжая развивать в современных условиях традиционный казачий уклад жизни и современные формы хозяйствования, продолжая сохранять исторические и культурно-духовные традиции казачества, продолжая воспитывать казачат, патриотами Камчатки и России. Наша задача выйти на уровень несения казаками государственной службы по обеспечению национальной безопасности России на Дальнем Востоке, так же, как и наши предки – казаки, исполняющие свой долг.
Еще в 1848 году Николай I на должность Генерал-губернатора Восточной Сибири назначил Н.Н.Муравьева, который всю свою жизнь посвятил служению России. Его заслуга перед Отечеством заключается в том, что он стал первым государственным человеком, который на практике стал внедрять слова Михаиле Ломоносова: «Богатства России приростать будут Сибирью". Но Николай Николаевич Муравьев понимал, что эти "богатства Сибири" надо защищать и осваивать. Вот почему главной его деятельностью в Сибири было практическое освоение этого края.
Перед отъездом в Сибирь Муравьев еще раз встретился с Николаем I и договорился с ним, что он, будучи губернатором, посетит. Камчатский край. Царь, зная его характер и не сомневался, что так оно и будет.
В Николаевской России в Петербурге часть политиков прозападного толка (Ф.Вронченко - министр финансов, граф В. Н. Панин, канцлер России К .Нессельроде) считали, что Дальневосточные земли не нужны Российской империи. Поговаривали- что эта "команда" под руководством графа Нессельроде пытался убедить Николая I в ненужности этих земель. Да и в Российском военно-морском флоте офицеры шутили, что если вы хотите завалить научно-морскую экспедицию на Дальний Восток, то поручите это дело канцлеру Российской империи Нессельроде.
Вторая группа политиков - сторонники освоения Дальнего Востока, такие как князь Меньшиков, братья Перовские, граф П.П.Киселев, а также старик Г.И.Лангсдорф - академик, который дважды побывал на Камчатке и встречался через Е И.Головина с Н. Н.Муравьевым. Муравьев принял решение побывать на Камчатке.
Евгений Александрович Головин был рад и с полным основанием мог гордиться своим бывшим адъютантом, с которым прошли многие войны Письмо Головина Муравьеву стало пророческим напутствием, что "твоя голова возвысится над другими, но не выйдет из толпы... Кумиру, перед которым просвещенная Европа преклоняет колена".
Опыт Н.Муравьева-Амурского показал, что самые подвижные войска в России - казачьи войска, которые с успехом могут воевать, держать границу и работать на матушке зеле. Это показала и Кавказская война, и война в Персии
Вот почему Губернатор Восточной Сибири был сторонником освоения, заселения Сибири, Дальнего Востока и окончательного закрепления в границах Российской империи этих земель через организацию формирования казачьих частей и закрепления их на границах в Забайкалье, в Приамурье, а также в районе реки Уссури и на Камчатке. Но самое главное то, что Муравьев-Амурский огромное значение придавал камчатскому краю, который находился на самом севере империи. Он понимал, что национальная безопасность морских рубежей Дальнего Востока контролируются с берегов Камчатки. Камчатская область и сам г. Петропавловск-Камчатский являются как бы замком для всего Востока, включая земли острова Сахалин и Курил.
В докладе департаменту восточных земель Николай Муравьев писал: "Камчатка со временем будет много значить для великой России... Я много видел портов в России и в Европе, но ничего подобного Авачинской губе не встречал, Англии стоит умышленно сделать двухнедельный разрыв с Россией, чтобы завладеть ею, и потом заключить мир, но уже Авачинской губы она нам не отдаст...".
В 1849 году Губернатор восточной Сибири Н.Н.Муравьев-Амурский, находясь на Камчатке, провел рекогносцировку незамерзающей Авачинской губы и Петропавловской гавани, выбрал место для будущих батарей. Для защиты побережья была необходима военно-морская артиллерия.
Н.Н.Муравьев-Амурский писал в Петербург: "Смею думать, что в Камчатке и Охотском море нам должно иметь военные средства соответственно тем, которые имеют англичане у китайских берегов и Сандвичевых островах". Несмотря на серьезную мотивировку, планы Муравьева в столице сочли "фантазией", приписав их "пылкости его воображения". Канцлер Нессельроде денег на Сибирь, тем более на Камчатку не отпускал.
Воинственные заявления Великобритании и Франции были восприняты Муравьевым практическими делами. Он отправляет в Петропавловск-Камчатский военный транспорт "Двина" под командованием капитан-лейтенанта Васильева; который доставил в порт 350 солдат-сибиряков, среди которых было 100 казаков. Главной причиной посылки сибирских казаков на Камчатку было их закрепление на постоянное местожительство и охрану рыбных ресурсов и морской границы от американских китобоев и английских судов.
Такова была политика Генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева-Амурского в отношении к Камчатке, которая входила непосредственно в Восточную Сибирь административно. А Петербургские чиновники из департамента восточных земель не понимали значения Камчатки в национальной безопасности России.
Грянула война. В Крыму Россия потерпела неудачу. А вот на Дальневосточном театре военный действий была иная картина. Здесь Россия поставила на место захватчиков. И Англия – владычица морей навсегда распрощалась с надеждой завладеть Авачинской бухтой.
Англо-французская авантюра позорно провалилась. Эскадре из шести судов русские ядра нанесли такие серьезные повреждения, что лишь благодаря хорошей погоде им удалось достичь берегов Канады и Америки.
Академик Е.Тарпе назвал победу камчатского гарнизона "лучом солнца" в масштабе Крымской войны 1854-1856 годов. А камчатский военный Губернатор В.С.ЗавоЙко - адмирал российского флота вошел в военную историю как блестящий организатор победы Петропавловского боя, рекогносцировку которого сделал еще в 1849 году Н.Н. Муравьев-Амурский.
Камчатские казаки встретили английский десант-700 штыков, с северной стороны Никольской сопки к ним присоединились флотский экипаж и местные жители. В жесточайшем бою англичане были разбиты.
Радостнее всего Петропавловская победа была встречена у населения Восточной Сибири, которые собрали 2,5 тыс. рублей, 300 голов крупного рогатого скота, а кочевые эвенки пригнали в подарок защитникам Петропавловска 400 оленей. Сибирь заботилась, чтобы ее защитники - камчатпы не терпели нужды в продовольствии и снаряжении.
В этом непременная заслуга Николая Николаевича Муравьева-Амурского, который понимал, что "граница породила казачество, а казаки создали Россию" Особенно это подходит казакам русского северо-востока, которые "создали" Россию на северо-востоке страны, а потом на протяжении столетий охраняли ее границу.
Первопроходцы-казаки, подняли, обогатили и прославили далекие окраинные земли востока азиатского материка и Аляски.
Вторым этапом истории Камчатского казачества является оборона Камчатки в период русско-японской войны 1904-1905 годов. Если в 1854 году г. Петропавловск-Камчатский защищал гарнизон из солдат, матросов, казаков, имея фрегат "Аврора" и военный корабль "Двина" при 68 орудиях, то теперь военные силы всей Камчатки состояли всего из полусотни казаков.
Депеша о начале войны дошла до Петропавловска-Камчатского через три месяца-22 апреля 1904 года. 23 апреля 1904 года собрался сход, на котором было принято решение дать решительный отпор врагу и организовать отряды. Старики, участники боев 1854 года с англо-французской эскадрой говорили: "Все умрем, а не сдадимся... Если японцы высадятся в устьях рек, дальше они не пройдут: «перестреляем в кустах".
Начальником обороны западного побережья Камчатки назначается Сотников Максим Иванович, Этому человеку в большей степени принадлежит заслуга в успешной обороне Камчатки 1904-1905 годов. Родился Сотников М.И. в 1873 году в Тобольской губернии. Военную службу начал в Восточно-Сибирском линейном батальоне в Хабаровске. В 1847 году был командирован на Камчатку для обучения казаков с новым образцом винтовки системы Мосина. В 1902 году был уволен в запас. В 1903 году назначен надзирателем за рыбными промыслами Камчатки Одно время выполнял обязанности начальника уезда Камчатки. Сам Максим Иванович был из старого казачьего рода. Деятельность Сотникова на западном побережье началась с организации дружин. Всего здесь было организовано четыре пеших и одна конная дружины: Тигильская-численностью 100 человек, Ичинская-66 человек, Облуковинская-40 человек, Болыперецкая-72 человека, конная-18 человек. Командиром Тигильской дружины был назначен казак Павел Юшин, Ичинской и Облуковинской - Михаил Корякин. Конной дружиной командовал казак Нагорный. Ее назначением была связь между дружинами, оперативное прибытие в места высадки японцев и организация первого сопротивления и уничтожения десанта.
На Восточном побережье была организована Усть-Камчатская дружина в составе 110 человек. Всего в дружинах Камчатки насчитывалось 475 человек.
Дружины комплектовались в основном из местного населения - потомков казаков первого этапа, пришедших на Камчатку в середине ХУ11, конце ХУ11 - начале XVIII веков. Эти дружины обладали умением стрелять, знанием родных мест и привычкой к походной жизни. Эти качества в условиях партизанской войны превращали их в грозную силу для японцев. Уже в мае 1904 года началась высадка японцев на берег.
Первая схватка произошла на реке Большой, где дружинники под командованием казака Селиванова, на ботах атаковали японскую шхуну и сожгли ее. Во второй половине мая были уничтожены еще четыре шхуны в реках Колпаковой, Облуковиной. 28 июня Сотников, еще собирая в Голыгино свой отряд, спустился на ботах к морю и в устье реки Опалы уничтожил японскую шхуну с ее командой. 30 мая в устье Озерной с 4-х шхун высадился прибывший с о. Шумшу вооруженный десант лейтенанта Гундзи численностью 150 солдат с двумя орудиями. Ближайшим к месту высадки было село Явино, расположенное в 15 км к месту от Озерной, Следующее село Голыгино располагалось в 60 км южнее и в глубине полуострова населенных пунктов не было.
В материалах, присланных из Томского архива, имеются любопытные сведения о Гундзи - лейтенанте военно-морского флота Японии. Сечи Гундзи до 1903 года служил приказчиком Камчатского торгово-промышленного общества, занимаясь, в основном, шпионской деятельностью. В конце сентября 1903 года Сечи Гундзи уже в мундире японского флотского офицера проехал вдоль западного побережья Камчатки, когда русское охранное судно ушло от камчатских берегов, и побывал в селениях Явино, Голыгино, Колпаково. Гундзи был хорошо знаком с Камчаткой, знал полную беззащитность этой страны и полагал, что не встретит здесь к ни какого сопротивления. Планы Гундзи скромными не были. Он собирался прочно закрепиться в районе Озерной - Явино; затем, используя успехи японцев, распространить зону захвата на север; постараться привлечь на свою сторону кое-кого из местного населения и дать основание своему правительству козырять на мирных переговорах фактическим владением Камчаткой. Но его первым и последним успехом был захват Явино. Это небольшое село из 16 дворов и маленькой часовней располагалось на восточном берегу Явинского озера. На колокольне часовни развевался японский флаг. На столбе была прибита доска с многоговорящей надписью: "Эта земля принадлежит Японии. Командир японского войска Сечи Гундзи".
Сотников расположил свой лагерь в семи километрах от Японского лагеря. Отряд Сотникова состоял из 88 человек. 13 июля в лагерь Японцев были отправлены в разведку староста села Явино Игнатьев и дружинник Ивановский из села Паратунка. Они прошли в лагерь и убедили Гундзи, что жители Явино готовы покориться Японским властям и просят его прийти к ним. Можно только представить состояние гордого самурая, когда его привели в лагерь Сотникова. Потеря главного организатора захвата Камчатки обезглавила десант, лишила наступательного духа и в корне изменила военную обстановку на западном побережье Камчатки.!5 июля ночью отряд Сотникова окружил японцев и к утру разгром отряда был завершен. На реке Иче 17 июля казаки Нагорный и Корякин со своими отрядами сожгли восемь шхун и двести японцев погибли в бою. Крупное столкновение было в бухте Карага на севере Камчатки, где японцы предприняли высадку десанта, спаслось только несколько японцев. По сведениям, полученным русским консулом в Японии, за время японцы потеряли на Камчатке 40 шхун, 500 человеке личного состава. В бою у Озерной, в устье реки Опалы, в бухте Карага^ на острове Медном потери "самураев" составили 700 человек личного состава морской пехоты страны восходящего солнца. Главным итогом боев боевых дружин Камчатки с японцами явилось сохранение ее в составе России во время русско-японской войны 1904-1905 г.
Пограничная стража Камчатки - казаки выполнили свой священный долг по обеспечению национальной безопасности России, отстояли целостность государства. Они отстояли самые северные рубежи на Дальнем Востоке., несмотря на трехкратное превосходство по численности, по вооружению по количеству военных кораблей защитники Камчатки доказали, что они достойные наследники своих отцов.
Все это обязывает нас, живущих здесь сейчас - наследников славной истории и традиций защитников Камчатки во время боев 1854 года в Петропавловске и обороне Камчатки в русско-японскую войну 1904 – 1905 годов, участников десанта 1945 года вспомнить, наконец, о них и воздать должное их памяти.
А нам, камчатским казакам, быть хранителями славных традиций потомков наших и продолжать заниматься становлением казачества на государственную службу, службу по защите национальных интересов России на Дальнем Востоке а, конкретно, на Камчатке.
Атаман Отдельного Камчатского Н.В.Бянкин
казачьего округа, казачий полковник
